ещё один сайт об э-ута
Э-ута на портале хайку-до


Искусство Э-Ута
"Дневник художника"- 5
Главная

Об авторе

  • О японской керамике

  • Ренга - 2005

  • Галерея хайку

  • Галерея танка

  • Из современных авторов

  • Новые работы

  • "Разные песни"

  • "Дневник художника" - 1
    2   3  4  5    6   7

  • Наш конкурс

    Сделать заказ

    Гостевая книга

    Написать автору

    Композиции в стиле суйсеки

    Rambler's Top100
    Rambler's
Top100
  • Итоги первого конкурса    Итоги второго конкурса    Итоги третьего конкурса

    Эта страница - для Вас, уважаемый Михаил Бару, а также для всех, кто участвовал в конкурсе "Язык воды". На ней я попытался задним числом восстановить ход работы над призовой чашей.

    К сожалению, обстоятельства сложились неблагоприятно, а изготовление таких вещей и без того процесс трудоёмкий. Одних обжигов приходится делать десять-пятнадцать, и каждый может перечеркнуть неудачей всю предшествовашую работу, а ещё бывает необходимо порой остановиться и подумать...


    Эскизы получились играючи. Оба стихотворения, обсуждавшиеся в качестве претендентов, были настолько ярки и изобразительны, что образы чаш пришли сразу, без мучительных размышлений. И всё же - из двух предстояло выбрать одно.. Выбор этот дался мне нелегко. Оба стихотворения имели свои достоинства. Но чем дольше обкатывал я стихотворение Михаила Бару, тем яснее я понимал, что это почти безупречно правильная танка с огромным внутренним поэтическим пространством, а в хайку Basurmana прекрасным строчкам "Меж языками пламени/ Ночь притаилась"... - к сожалению, не вполне соответствует третья "Ждет своей вечности" - не потому что вечности нельзя ждать, а просто ночь была, есть и будет, а всякая жизнь и всякий огонь так мимолётны в ней, как искорки звёзд в бездне чёрного неба. "Меж языками пламени/ Ночь притаилась"... Как эти строчки украсили бы собой любую рэнгу! Но...

    Итак, не сразу - виной печальные обстоятельства - но я всё же взялся за дело. Благо, у меня было время подумать, и я уже знал, чего хочу. Чаша должна была получиться большая и тяжёлая, тёмная, как ночь, медленная, как течение спокойной реки, звучащее в этих  строчках, разделённых паузой настолько большой, что первую можно  принять за заглавие - "Ночь на Оке... Тишина...."
    Технику я выбрал тяжёлую и трудоёмкую - формовку из многослойных цветных масс с разной фактурой и разной температурой плавления - иначе нельзя было достичь требуемого контраста между почти неглазурованной наружной поверхностью и тяжкой как металл гладью ночной реки, вводящей нас во внутреннее пространство чаши и стихотворения, пространство, кажущееся близким, но недостижимое.

    Врезанные в наружную поверхность стебли и листья осоки, колеблемые ночным ветром, должны были придать чаше движение, причём двоякое - листья своими изгибами приглашают вращать сосуд, рассматривая его со всех сторон, :а сте бли, перегибаясь через край, зовут нас погрузиться внутрь чаши. Наученный горьким опытом, я сразу начал делать два варианта, и не зря.  Первый, меньший по размеру, вариант получился немного перегружен - пять травинок  слишком много для этого стихотворения и этой чаши. Тогда я понял, что здесь надо не изображать, а указывать на то, что хочешь изобразить, не перечислять, а обозначать. В сущности, так и поступил автор стихотворения. Михаил Бару почти ничего не описывает. Воображение внимательного читателя дорисует и гладкие воды реки, глотающие отражение костра, чёрно-синюю глубину небосвода, и силуэт дальнего берега.

     

    Ночь на Оке.
    Тишина...
    Слышно, как сучья трещат

    В костре рыбака
    На другом берегу.

    Как много всего умещается в строке! "Ночь на Оке..." И это только раскладка. Тремя словами нарисована целая картина, но это не картина ради картины. Дальше начинается главное. Глубокая, как самая глубокая чаша, тишина. (Нет, чаша глубже. Дно чаши - это поверхность реки, а у реки тоже есть глубина.) В тишине всегда живёт звук. Тот, кто захочет, его услышит. Вот::"сучья трещат/ В костре рыбака" Смотрите, как тонко показан костёр - через звук стреляющих в пламени сучьев. Никаких деталей. Этот с детства знакомый каждому звук мгновенно переносит нас туда, к костру неведомого рыбака. Но - на то  и танка. Как прилив предполагает отлив, так движение туда, вглубь стихотворения, вглубь чаши вдруг замедляется. Последняя строка "На другом берегу" снова возвращает нас к исходной точке. Другой берег рядом, но он недостижим. Это тот самый приём повторяющегося, возвратного движения, которым великий Леонардо заставляет зрителя вновь и вновь возвращаться к улыбке Джоконды.. Видимо, то же самое должен уметь поэт - иначе что же заставляет меня повторять эти стихи, как заклинание?

    Ночь на Оке.
    Тишина...
    Слышно, как сучья трещат

    В костре рыбака
    На другом берегу...

    Но как добиться, чтобы чаша заключала в себе это повторяющееся движение, чтобы она тянула к себе зрителя, как тёмные воды глубокой реки, чтобы манила и звала, как костёр, горящий на дальнем берегу? И я почуствовал, что единственный способ достичь этого - использовать движение волн. Игра отблесков на  поверхности воды то заставляет зрителя, следуя взглядом за течением реки, стремиться к костру, то кружит его в водоворотах на дне чаши, то распадается еле заметной (а на фотографиях и вовсе незаметной ) мелкой рябью. А сам костёр, центр и полюс чаши? Каким ему следует быть? Ведь это не просто ночёвка рыбака, это символ чего-то, к чему мы стремимся, но никогда не достигнем...

    Здесь два варианта чаши снова разошлись. На первом я решился дать костёр через силуэт - четкий, привычный взгляду чуть не с пионерских времён пирамидальный треугольник из языков пламени. Единственное, что делает этот костёр не только костром, - это цвет, не набивший оскомину морковный цвет обычного костра, а нежный беловато-жёлтый, одновременно светоносный и загадочный.
    Во втором варианте чаши я решился пойти дальше и попробовал дать костёр только через световое пятно, размытое, но тем более светоносное. Главное ведь не языки пламени., не дрова и угли. Костёр - это свет, который светит в ночи, и тьма его не обьяла - свет духовный и загадочный, и в то же время близкий и манящий.


    Признаюсь - именно это кажется мне самым главным, именно об этом я думал, когда мы обсуждали с Графом Муром тему конкурса. В стихотворении всё это есть, только свет передан через звук, А костёр на другом берегу - он и просто рыбацкий костёр, и свет чьей - то души... Сходно поняли тему многие участники конкурса, и я всем им очень благодарен.. Но так ёмко и сдержанно получилось сказать только у Михаила Бару.

    Что ещё кажется важным в этой чаше? Тьма, точнее, разнообразие оттенков чёрного, тёмно-синего, зелёно-черного и коричнегого, и их сочетание с отливающими металлом водами реки. Без тьмы нет света, ей присуща своя собственная внутренняя красота и богатство оттенков, большею частью, к сожалению, пропадающих на этих фотографиях. А жаль. Как бы много ни удалось нам увидеть, в темноте, как в хорошем стихотворении, всегда чудится что то большее...

    Я потратил немало усилий, обжиг за обжигом добиваясь оптимального соотношения насыщенного по цвету и разнообразного по фактуре внутреннего пространства чаши, триединства стихий - неба, реки и берега - с шершавой, слегка оплавленной от высокой температуры обжига зернисто-матовой наружной поверхностью. Залитые металлом силуэты речной осоки перекликаются на ней с водами реки внутри чаши. Что-то из задуманного удалось достичь, например, одновременного ощущения движения и покоя. Что-то могло наверное, выйти лучше, и не обошлось без потерь.

    Так, в результате многократного повторения процедуры краклирования, треснул второй вариант чаши, и Михаилу Бару не из чего оказалось выбирать. К счастью, лучший - на мой взгляд - вариант остался цел, благополучно доехал до адресата и даже, кажется, понравился победителю. Вот, пожалуй, и всё. Работа закончена, а сколько она потребовала времени и труда - не имеет значения. Что же дальше? Зависит от вас. Надеюсь, впереди ещё много конкурсов...

    Когда страница была закончена. пришёл отзыв Михаила Бару: "Всегда самое интересное - это описание процесса создания. Единственное, что я хотел бы заметить - стихотворение ... в оригинале  выглядит так :

    Ночью на Оке
    тихо
    слышно как сучья трещат
    в костре рыбака
    на том берегу

    ...смысл стихотворения Вы не изменили. Это главное."

    Спасибо за снисходительность, Михаил! Вот так песня и становится народной - каждый начинает петь её как свою.

    Итоги первого конкурса    Итоги второго конкурса    Итоги третьего конкурса

    Страницы дневника - 1    2    3    4    5     6    7

    Композиции в стиле суйсеки
    Э-ута на  портале Хайку-до - работы  2002-2005 г.